12:13 

Мэй-чан
Я самозванец! Я всего лишь бедный, ленивый, сексуальный самозванец©
Название: Люби меня
Размер: миди (4025 слов)
Пейринг/Персонажи: Декстер/Дебра, Гаррисон.
Категория: гет
Жанр: флафф
Рейтинг: PG-13
Примечание/Предупреждения:ООС, АУ относительно 8го сезона

Утро Дебры начиналось с некоторого привычного ритуала: открыть глаза, дождаться, когда прозвенит будильник, выключить его и сползти с кровати, в голове разбирая не раскрытые дела. Она называла это зарядкой для мозга, но, впрочем, никому не говорила о том, что делает это, считая подобную привычку странным пунктиком. Ей казалось, что и без него люди считают её довольно чокнутой.
Впрочем, она любила этот свой пунктик. Он помогал ей не только проснуться, но и на свежую, ещё не забитую ничем голову, взглянуть на дело и разобрать его по косточкам. Упорядочить, разложить, как раскладывает свои вещи Декстер. Белая рубашка к белой рубашке, джинсы к джинсам. Жертва к жертве, улика к улике. Каким бы странным не был её брат, но перенятые у него некоторые причуды несколько облегчали Дебре жизнь. Например, то, что теперь она, сама того не замечая, аккуратно складывала вещи в шкаф и по утрам не бегала по квартире, разыскивая чистую и не особо мятую форму. Это экономило ей время и она успевала заехать за кофе и пончиками, чем радовала так же и свой отдел.
На удивление, но утром ей всегда удавалось мыслить связно и чётко, даже если накануне она выдула в одиночку пару банок пива, под тяжёлым неодобрительным взглядом Декстера, которому не нравилось, что сестра пьёт много и прямо перед Гаррисоном. Она его понимала, конечно, её племяннику не везло по жизни. В раннем детстве пережить смерть матери, жить с отцом-убийцей и сестрой-пьяницей, которые частенько ругались и Дебра, как более вспыльчивая, зашвыривала в брата бутылкой с пивом, от которой он в девяноста пяти процентах случаев уворачивался. Впрочем, после тех злополучных пяти процентов, Дебра стала покупать пиво в жестяных банках и всегда добивала его перед броском. Вновь сидеть рядом с Декстером в скорой и смотреть, как ему зашивают рассечённую бровь, вокруг которой набухал здоровенный синяк, ей не очень хотелось. Тогда она так переживала, что выпила сразу три таблетки снотворного и проспала бы работу, не облей её Декстер холодной водой.
А ещё утром она порой успевала застать самые милые моменты её жизни: спящих Декстера и Гаррисона. Последнее время Гаррисону часто снились кошмары и Декстер брал его к себе, только так малыш мог спокойно проспать всю ночь. И Дебра не могла сразу разбудить их. Ей нравилось слушать их двойное дыхание, ей нравилось милое личико племянника, ей нравилось, что во сне у Декстера разглаживались черты лица и он выглядел совершенно беззащитным. В жизни он был, конечно, в разы сильнее Дебры и физически, и морально, но пока он спал, он выглядел не опаснее своего сына. Они даже лежали в одинаковой позе и одинаково приоткрывали рты.
Дебре не нравился тот момент, когда ей приходилось стягивать с них одеяло и бодро приветствовать.
— Хватит дрыхнуть, солнце уже высоко!
И Морганы одновременно потягивались, как коты вытягиваясь на кровати, и только потом открывали по одному глазу и пялились на неё.
— Прости, — хрипел Декстер, чей голос по утрам был ещё более низким, — мы долго не могли уснуть.
И Гаррисон важно кивал на слова отца.
Дебре нравилось такое утро. Когда не вызывают в спешке на работу, когда Декстер не пришёл среди ночи, пряча инструменты в шкаф, когда сама она не пялилась до трёх утра в телевизор, потягивая пиво и ожидая его. Когда Гаррисон не плакал ночью и потому выспался и нежно, как умеют только дети, улыбался Дебре. Гаррисон протянул к ней руки и Дебра не удержавшись села к ним на кровать, обнимая племянника. Она тискала его за щёчки, когда заметила, что Декстер улыбается, глядя на них.
— Чего лыбишься?
— Не знаю. А я улыбаюсь? — соврал Декстер и наигранно, удивлённо потрогал щёки и уголки губ. Гаррисон рассмеялся. — Вы оба улыбаетесь и я не могу не улыбаться. Это очень заразно.
Дебра, смутившись, запустила в него подушкой и, взяв с собой Гаррисона, ушла на кухню.
Когда Декстер зашёл на кухню, уже полностью одетый, Гаррисон сидел на столе, беззаботно болтая ногами, а Дебра сосредоточенно варила кофе.
— Знаешь, мне почему-то подумалось, что у нас всё будет хорошо, — сказал Декстер, и Дебра повернулась к нему, чуть не разлив кофе.
Она оглядела брата, которого, кажется, всё ещё любила не как брата, и племянника, который по крови не был ей родным, и воспринимался скорее как сын, чем племянник.
— Как думаешь, если Гаррисон будет иногда спать со мной, ему не будут сниться кошмары?
Декстер потрепал сына по волосам и, переняв из рук Дебры кружку, улыбнулся.
— Если что, я могу прийти к вам. И тогда ему точно ничего плохого не приснится.
Дебра на секунду вспыхнула, представив эту картину, и тут же отвернулась. Декстер не знал о её чувствах, он не должен знать, что для Дебры это его невинное предложение несёт какой-то особый смысл. Для него это всего лишь ночь в одной постели с сестрой и сыном. Для неё — что-то совсем личное. Словно бы они муж и жена, мать и отец. Дебра, справившись со смущением, достала детское питание Гаррисона, собираясь его разогреть, и протянула тарелку с хлопьями Декстеру.
— Я спихну тебя с кровати, и ты будешь спать рядом на коврике, — пообещала она.

Дни Дебры были похожи один на другой. Много бумажной волокиты, собрания, убийства и сотни мелькающих перед глазами фотографий. К концу недели даже Масука выматывался и запирался в своей лаборатории, выбираясь из неё только по рабочим делам, и то, старался ни с кем особо не разговаривать. Работа полицейских очень сложная, очень опасная и несомненно интересная, если ты разъезжаешь по городу, ловишь плохих парней и весь сверкаешь от своей безупречной порядочности. Если ты детектив, то ты завален бумагами, порой никак не относящимися к преступникам, но, по мнению шишек, не менее важными. А если ты детектив, которому ещё нужно замести следы своего братца, то настроение быстро скатывалось в угрюмое и раздражительное. Но это было необходимо, чтобы вновь не прошлось кого-нибудь убивать, чего, конечно, Дебра вновь не пережила бы,. Сколько усилий потребовалось, чтобы Лагуэрта упокоилась не только в прямом смысле, но и на бумагах! Ещё больше потребовалось, чтобы поверить, что её требовалось упокоить. Она даже смирилась с тем, что готова убивать ради Декстера. Возможно, однажды она съедет с катушек и застрелит и брата, и себя, но пока ей вполне удавалось справиться с тем, что она убила невинного человека. Не мало ей в этом помогал факт того, что Лагуэрта была той ещё сукой.
К тому же, Дебре почти получилось оправдать Декстера. У него было тяжёлое детство, их отец был полнейшим идиотом, раз решил психологическую проблему приёмного сына таким нестандартным методом, и Декстер убивает только плохих, действительно очень плохих людей. Правда, перебирая в голове все его убийства, Дебра бывало напивалась до беспамятства или впадала в ярость и... ну, стеклянными предметами она и правда больше не кидается.
А ещё Декстер был хорошим отцом и безумно любил Гаррисона. И видя их вместе, Дебра не могла злиться или думать о смерти. Гаррисон всегда вцеплялся в папу так, словно боялся, что тот вот-вот его покинет, как сделала мама, но Декстер никуда не уходил. Он даже стал реже выходить на свою "охоту", словно любовь к сыну вполне заменяла ему желание убивать. Это было странно, это было пугающе, но Дебра была уверена, что Декстер никогда не сделает Гаррисону больно. Он слишком любил его.
А Дебра любила их обоих. Сильнее, наверное, Декстера, но детей всегда любишь как-то по-особенному. Любовь к ребёнку нельзя сравнивать с любовью ко взрослому, так что Дебра предпочитала считать, что одинаково сильно любит обоих Морганов. И стараясь не думать, будет ли осуждать их общественность, если они с Декстером поженятся и Дебра усыновит Гаррисона. Потому что это были действительно странные мысли.
День её мог порадовать разве что внезапным предложением Декстера пообедать вместе, к которому прилагалась вкусная еда, холодные напитки, солнце, свежий воздух и живые, улыбающиеся лица людей, вместе серых и уставших лиц коллег.
— Тебя опять завалили бумагами? — Декстер потягивал свой мохито, который Дебра считала каким-то бабским напитком, но не говорила об этом брату.
— Мне стоит уже привыкнуть к этому. Не первый день работаю.
— Знаешь, попробуй перебрать все бумаги и упорядочить их. Работать станет немного проще.
— Я попробую, — кивнула Дебра.
Декстер никогда не мог долго поддерживать светский разговор. Ему было неловко, он не знал, что сказать. До Риты всё было ещё хуже, сейчас он мог даже сам начать разговор. Дебра обычно поддерживала его, сама заводила какие-то темы, но сейчас она ужасно устала и ей нравилось просто молчать, сидя напротив него. Так она вспоминала что делает и зачем она это делает.
— Кто-нибудь появился в твоих планах? — сказала Дебра как можно более непринуждённо.
— Нет, — Декстер покачал головой. — У меня не было времени на поиски, да и меня не особо тянет. Особая Ночь ещё далеко.
— Не знаю заметил ли ты, но между твоими "особыми ночами" стало увеличиваться количество дней. Ты всё реже выходишь на свою охоту.
— Заметил, — Декстер кивнул. — Ты и Гаррисон слишком важны для меня и занимаете все мои мысли. Может поэтому.
Декстер улыбнулся и Дебра чуть не пролила кофе, умудрившись всё же дрожащими руками поставить кружку на стол.
— Ты стал чаще улыбаться, — сказала она, справившись со смущением.
— И причина всё та же, — Декстер накрыл руку Дебры своей, но Дебра выскользнула из под его руки и, резко встав, объявила об окончании обеда.
И всё же настроение её было намного лучше. Совет Декстера упростил ей задачу, так теперь все дела были по группам и сил на переход от одного дела к другому требовалось намного меньше. А улыбка Декстера и его тёплая ладонь заставляли её сердце биться чаще, не позволяя ей быть сонливой и тормознутой.


Под вечер почему-то всегда было больше всего работы. Желание людей всё сделать в последний момент, заставляло Дебру забирать часть работы домой, чтобы создавать хотя бы видимость собственного отдыха. Дома было намного уютнее, можно было потягивать пиво и Декстер спокойно мог помогать ей. Декстер был удивительно внимателен и подмечал все ошибки Дебры и все детали, что её замыленный за день глаз уже просто напросто игнорировал. Желание поскорее закончить убивало внимательность и Дебра порой ловила себя на том, что читает по диагонали или перескакивает через строку. Декстер же, несмотря на не менее утомительную работу в лаборатории, вчитывался в каждое слово и порой даже что-то выписывал себе, чтобы потом сопоставить с какой-то деталью в другой части текста и выявить чью-либо ошибку. Преступника или налоговой. В голове Декстера каким-то образом помещались обширные знания по многим аспектам криминальной и экономической жизни. И Дебра понятия не имела, когда он успел столько всего выучить. Никогда она не заставала Декстера за тупой зубрёжкой и ей всегда казалось, что Декстеру до обидного всё легко даётся. Возможно, это было действительно так. Возможно, он и правда мгновенно запоминал важную информацию, но порой перечёркивал ею другую, менее значительную. Сейчас Дебре уже не было за это обидно. Она восхищалась им.
Гаррисона до ночи оставляли с няней, и потому за него не нужно было беспокоиться и он не беспокоил взрослых. Декстер обычно включал классическую музыку. Не для себя — для Дебры, чтобы, как он говорил, разгрузить её голову и позволить немного отвлечься и расслабиться. Самому ему музыка не мешала, но и не особо помогала. В отличии от Дебры. Она долгое время упрямилась и требовала выключить эту "нудятину", но постепенно привыкла, прислушалась и научилась отдаваться неторопливому ритму, позволяя музыке самой вести её. Её работоспособность не особо увеличивалась, зато нервозность и головные боли проходили сами собой. Очень сложно было на кого-то орать и истерить, когда музыка подталкивает к написанию стихов, медленным танцам или нежной ночи любви. О последнем она, по понятным уже причинам, старалась не думать, но мысли всё равно уносили её, и ближе к ночи случайные прикосновения Декстера казались нежнейшей лаской. Музыка заставляла её трепетать, словно бы она была обычной юнной девочкой, а не грубым детективом полиции Майами и "своим пацаном" в любой мужской компании. И потому эта резкая разница между ощущениями собственного "я" разгружала мозг. Словно бы включалась другая часть мозга, днём спящая. Она была романтичная, она была улыбающаяся, она почти не пила и не ругалась матом. И она, кажется, любила Декстера ещё сильнее.
Она словно бы кричала всем своим существом: "Люби меня! Люби!". И Дебре порой было очень стыдно за это и она надеялась, что Декстер не замечает.
— Дебра, может тебе стоит пойти спать? Я сам всё закончу, — Декстер накрыл её руку своей.
— С чего ты решил, что я хочу спать? — Дебра вырвала руку и скрестила обе руки на груди. Декстер вырвал её из мыслей о нём и она почти уверена, что у неё было очень глупое выражение лица.
— Ты читаешь этот лист уже минут пятнадцать.
— Я пытаюсь вникнуть... — Дебра опустила взгляд на лист и обнаружила, что на нем было только две строчки и подпись. — Возможно ты прав. Но я не хочу скидывать всю работу на тебя.
— У меня днём меньше работы, так что я не против разгружать тебя хотя бы по вечерам. Тебе нужно больше отдыхать, Дебра. С тех пор как ты заняла новую должность ты мало спишь, много работаешь, пьёшь и даже во сне ловишь преступников.
— Что?
— Ну, я как-то проходил мимо твоей комнаты и услышал бормотание. Решил послушать, прости.
Дебра открыла рот, чтобы возмутиться, но тут же закрыла.
— Да, ты прав, — она потёрла лоб. — Работа и правда мне постоянно снится.
«И ты снишься»,— чуть не добавила она, но вовремя прикусила язык.
— Ты могла бы принять ванну, посмотреть фильм или пораньше лечь спать. А я бы за тебя всё закончил. И кратко пересказал бы выводы за завтраком, — Декстер улыбнулся.
Дебру начали смущать эти улыбки, попытки коснуться и забота. Декстер не был таким. Никогда не был. До Риты он вообще казался полностью отмороженным, но сейчас он выглядел как совершенно нормальный человек. заботливый брат... или может быть даже влюблённый. Дебра склонила голову набок, раздумывая.
— Знаешь, а может заберём Гаррисона и оба пойдём спать пораньше? Ну эту работу к чёрту, — ругнулась Дебра. Она отодвинула бумаги подальше и, хлопнув Декстера по колену, поднялась. — Пошли. Хоть один вечер проведём по-другому. Можем даже заказать пиццу.
Декстер усмехнулся и кивнул.
— Да, пицца была бы очень кстати.
Дебра уже схватилась за куртку, но от внезапно пришедшей мысли резко остановилась.
— Слушай, а ты тогда шутил, что придёшь спать к нам, если Гаррисону что-нибудь приснится?
— Нет, — Декстер пожал плечами. — Ты же знаешь, что у меня не очень с шутками. Но ты явно высказала нежелание видеть меня в своей постели.
Дебра закусила щёку изнутри оттого как звучала последняя фраза Декстера и как двусмысленно она выглядела в голове Дебры.
— Я шутила. Ты можешь спать с нами, если Гарри что-то приснится.
— А если мне?
Дебра удивлённо уставилась на него, но быстро взяла себя в руки и улыбнулась.
— Так уж и быть, я не буду спинывать тебя с кровати.

— Дебра, знаешь, ты давно не выбиралась из дома и офиса. Может тебе стоит прогуляться куда-нибудь? Выпить с какими-нибудь старыми знакомыми? — Декстер раскладывал чистую одежду по ящикам, периодически вытаскивая из оных игрушку Гаррисона.
— Чего это вдруг? — насторожилась Дебра, отвлекаясь от ноутбука с профайлом подозреваемого.
— Да просто. Я вдруг подумал, что лет с шестнадцати почти не видел тебя сидящей дома. А тут ты уже почти год безвылазно сидишь то на работе, то дома с нами. Ты, наверное, устала и от нас и от всего. Тебе бы не помешало отдохнуть где-нибудь, отвлечься, вновь почувствовать вкус беззаботности...
— Странный ты, — Дебра швырнула в брата орешком. — Мне нужно очень сильно напиться, чтобы почувствовать "вкус беззаботности". А завтра не выходной, а очень даже середина недели. У тебя какие-то планы на этот вечер и эту квартиру? — поинтересовалась Дебра, не решив какой тон ей выбрать. Тон "какую рыбку ты подцепил?" или "не смей, сука, убивать дома!".
— Нет, — Декстер пожал плечами. — Я бы сказал, — он поднял на неё глаза и Дебра вспомнила кем разговаривает. Декстер не двигался обходными путями, если можно пройти напрямик. — Я прсото подумал, что ты уже почти год ни с кем не встречалась.
— Это тебе кажется, — отмахнулась Дебра. Она не видела смысла всем рассказывать о случайных встречах ради разрядки. Особенно Декстеру. Учитывая, что порой именно из-за него ей приходилось искать
случайного парня в случайном баре.
— Ты уверена, что не хочешь? Я бы мог закончить за тебя работу.
— Почему ты стал таким заботливым? Кто ты и что ты сделал с Декстером, которого я знаю? — Дебра усмехнулась, но Декстер шутки не понял и Дебре даже показалось, что оскорбился.
— Ты очень помогаешь мне, не смотря на то, что знаешь... кто я.
— Я стараюсь не думать об этом. А так, без этого, ты почти нормальный. Так почему бы мне не помочь брату? И вообще. Всё меняется. Мне становится приятнее посидеть вечером дома, ты становишься больше похожим на человека, способного чувствовать.
— А ты думала, что не могу? — Декстер, закончив разбор вещей, закрыл шкаф и, сгребя все найденные игрушки, прошёл мимо Дебры к манежу с остальными игрушками. Каждый приходящий в дом человек почему-то считал своим долгом что-нибудь подарить Гаррисону.
— Раньше — да. Ты был просто охренительно отмороженным. Просто грёбанный робот.
— Я думал, что неплохо скрывался.
— Ну, может для остальных — да. Но поверь, если ты прожил с человеком полжизни под одной крышей, ты точно знаешь отмороженный он или просто тихий. Серьёзно, Декстер, с возрастом ты, конечно, стал искуснее изображать нормального, но пока ты не встретился с Ритой, пока у вас не родился Гаррисон и пока вы с ним не пережили ту трагедию — я не верила, что что-то может тронуть тебя.
— Немного жестоко, — поморщился Декстер.
— Зато честно. Думала, ты оценишь.
— Я ценю, — Декстер кивнул и присел рядом с Деброй. — Просто, я очень старался быть нормальным. Особенно — для тебя.
— Не переживай. Я любила тебя и отмороженным. Я бы любила тебя даже будь ты роботом, — вдруг с пылом сказала она. Удивительно как легко даются слова, когда не задумываешь о двойных смыслах. Декстер поймёт всё правильно, Декстер воспримет эту любовь как сестринкую.
— И это я-то странный, — хмыкнул Декстер. Он взял со стола початую бутылку пива и не слушая возмущённого возгласа Дебры отпил. — Ты, кстати, очень милая, когда спишь.
— Ты наблюдал за тем как я сплю?
— Будто ты так не делаешь, — Декстер фыркнул, и Декстра смутилась. И откуда этот чёрт всё знает?
— Я смотрю на Гаррисона. В основном. Но вы очень похоже спите. И оба пускаете слюни на подушку, — Дебра сморщилась в гримасе отвращения.
— Это у нас семейное, — сказал Декстер и получил орешком в висок. — И прекрати кидаться едой! Ты уже не маленькая!
Ещё один орешек прилетел в Декстера.
— Хочу и кидаюсь. В детстве мне как-то не довелось особо хулиганить.
— Если не считать исписанные заборы и затоптанные цветы у соседей — да, конечно.
— Эй, я тогда была под плохим влиянием и вообще, — Дебра вновь зашвырнула орешком, но на этот раз Декстер поймал его ртом. — Охренеть. Ты где научился?
— Здесь, только что, — Декстер улыбнулся. — Реакция и ловкость — вот и весь секрет.
— Тебе бы преступников ловить, а не в лаборатории гнить. У тебя физическая подготовка получше, чем у некоторых наших полицейских. Бегал бы по городу, снимал стресс.
— Это не спасло бы меня от Тёмного Попутчика.
— В зависимости от того, с какой скоростью бы ты бежал. Ты бы мог выматываться так, что у тебя бы сил ни на что не оставалось. А со временем бы и привычка прошла.
— Это не привычка.
— Привычка, Декстер. Как курение или наркотики. Это кажется тебе жизненно необходимым, но стоит тебе пережить пару лет без этого, отвлекать себя и бороться — и всё пройдёт.
— Ты думаешь?
— А ты хочешь с этим бороться?
— Я пытался.
— Плохо пытался, — Дебра ткнула его в плечо. — Плохо. Но если хочешь, я могу помочь тебе бороться с этим. Вместе мы могли бы стараться лучше.
— А вдруг я не справлюсь? А вдруг я стану агрессивным? А вдруг я причиню вред Гаррисону?
— А без "вдруг". Я просто не позволю тебе всего этого, — пожала плечами Дебра.

***

— Дебра, — Декстер потряс её за плечо и она открыла глаза. Она проморгалась, привыкая к темноте и обнаружила лицо Декстера в десятке сантиметров от своего собственного. Декстер был чем-то взволнован, глаза его блестели отражением полной луны, волосы были взъерошены. — Ты говорила, что поможешь мне. Ты обещала, что мы справимся с этим вместе.
— Что случилось? — Дебра приподнялась на локте, другой рукой упираясь Декстеру в грудь и отодвигая его.
— Это "та самая ночь", — прошептал он. — У меня даже цель есть, — он почти заскулил.
Дебра ухватилась за его плечо и потянула на себя. Ничего не понимающий Декстер послушно придвинулся, а через мгновение уже лежал на спине, придавленный Деброй к кровати. Она уселась на его живот и некоторое время сонно разглядывала его, оценивая ситуацию.
— Ты никуда не пойдёшь, — наконец сказала она. — Ты будешь мирно лежать здесь, иначе я начну делать что-нибудь за что нам обоим потом будет стыдно.
"Особенно мне", — подумала Дебра и чуть сдавила коленями рёбра Декстера. Он неспокойно дышал, его сердце, она чувствовала его, положив Декстеру руку на грудь, колотилось как бешенное.
— Делай глубокий вздох, — сказала она и Декстер послушался, — а теперь — выдох.
Декстер старательно дышал, но сердце не переставало колотиться. Дебра даже начала переживать, что с ним что-то не так.
— Боже, Дебра, а обязательно тебе сидеть на мне? — спросил он затихающим голосом и Дебра резко кивнула.
— Обязательно. А что, я тяжёлая? — она вскинула голову в жесте обиды.
— Нет, — Декстер прикрыл глаза, — просто... не знаю. Мне очень неловко.
— Ну, зато ты дома, — Дебра усмехнулась и похлопала его по щеке.
На самом деле она сама сгорала от стыда и сердце её колотилось ничуть не меньше, чем сердце Декстера. К счастью, на её груди не лежали чужие руки и Декстер не мог чувствовать её беспокойство. Её возбуждение. Это казалось таким простым — просто наклониться и поцеловать его. Он даже не сможет сразу начать сопротивляться.
— Дебра, ты не уснула? — поинтересовался Декстер. — Ты же понимаешь, что если уснёшь, то я уйду?
— Не сплю я, — рыкнула она. — Не надейся. Ты никуда не денешься.
— Я сильнее тебя, — напомнил Декстер. — Ты собираешься удерживать меня только таким способом?
И Дебра могла поклясться, что чувствовала в этом какой-то потайной смысл. Какой-то вызов. Он подначивал её, он соблазнял её. И это было так странно слышать от человека, чей взгляд не выражал ничего, кроме привычной тяжести и тьмы.
— А чего ещё ты ждёшь от меня? — спросила Дебра, склонившись над Декстером так, что при желании он легко мог поцеловать её. При желании.
Декстер вдруг улыбнулся. И эта была та улыбка, которая всегда пугала Дебру. Но сейчас она почему-то только возбуждала ещё больше. До дрожжи в руках. На секунду Дебра даже подумала, что у Декстера, возможно, раздвоение личности и сейчас перед ней предстал его Тёмный Попутчик. Его второе, тёмное "я".
— Того же, чего ждёшь от меня ты, — ответил он и, высвободив из-под Дебры руки, обхватил её за шею и притянул к себе.
Дебра даже не заметила, когда оказалась снизу. Декстер нависал над ней тёмной тенью и Дебра вдруг почувствовала укол страха. Он с лёгкостью может убить её. Прямо сейчас, просто сжав руки на горле. Декстер усмехнулся, словно услышав её мысли.
— Так как ты собираешься удерживать меня, Дебра?
И она сделала то, чего боялась и страстно желала. Она подалась вперёд обхватывая его за плечи и целуя так, как будто это в последний раз. Дебра была почти уверена, что последний. Тогда Декстер играл с ней, чтобы обхитрить. Но сейчас он точно оттолкнёт.
Но он не сделал этого.

***

Дебра избегала его весь день. Не вылезала из офиса, но как только Декстер приходил туда — тут же сбегала по "очень важным делам". Она понимала, что ведёт себя очень глупо и что они всё равно рано или поздно встретятся дома, где сбежать будет намного сложнее, но ей просто нужно было немного больше времени на осмысление прошедшей ночи. На принятие прошедшей ночи, как действительно существовавшей. Декстер действительно приходил и они действительно занимались любовью пол ночи.
Она закрыла лицо руками и спряталась бы под стол на весь остаток дня, но у неё было слишком много работы, чтобы вести себя ещё более глупо.
Вечером они и правда встретились дома. Декстер усадил её рядом с собой на диван, вручил открытую банку пива и приказал выпить. Дебра сделала пару глотков, но дальше дело не пошло.
— Дебра, ты же помнишь, что мы не родные? — спросил Декстер.
— Помню.
— Ты вчера была пьяна?
— Нет.
— Тебе не понравилось? Ты не хотела этого?
— Я... — Дебра замялась, но быстро взяла себя в руки. — Понравилось. Хотела.
— Тогда в чём проблема? — наконец озвучил мысль Декстер, Мысль, которая терзала и саму Дебру. А в чём, собственно, проблема?
Дебра уставилась на Декстера, пытаясь найти ответ.
— Нет проблемы, да? — подсказал он. — Тогда прекрати так себя вести.
— Почему ты... сделал это? — спросила она, всё же смутившись.
— Потому что давно хотел, — просто ответил Декстер и улыбнулся. — Расслабься, Дебра. К тому же, ты ведь смогла удержать меня дома. Правда?
Дебра хмыкнула и залпом допила пиво. Декстер встал с дивана и прошёлся до кухни, чтобы притащить ещё по банке пива и закуски. Для него то, что было между ними, кажется, было совершенно нормально. Его почему-то это вообще не смущало. Дебре бы хотелось так же. Она протянула руку за пивом и вздрогнула, когда его пальцы прошлись по её.
Она на самом деле ещё не была уверена, что всё это не сон. Но даже если так — ей почему-то не хотелось просыпаться.

Скачать все работы одним файлом: .DOC || .PDF || :TXT

@темы: Фанфики, Dexter

URL
   

❝Жизнь - Игра❞

главная